Анна Фекета: В Иркутском музыкальном я как дома

Год назад в музыкальном театре имени Н.М. Загурского появился молодой, перспективный, яркий режиссер — Анна Фекета. Амплуа режиссера всегда было и остается по сути своей мужским, женщине быть режиссером труднее. Нужно уметь держать в руках большую труппу творческих личностей и самому быть лидером, иметь сильный характер, высокую трудоспособность, интеллект, самодисциплину, обладать чувством современности и понимать, насколько актуальна та или иная тема или идея в современном мире.

С первых же своих спектаклей в Иркутском музыкальном театре (сцены из них представлены на фотографиях) Анна Фекета заявила о себе как о таком лидере, интересном, ярком, думающем режиссере. А кроме всего, она еще красивая и умная женщина…

1.jpg

— Анна Иосифовна, как вы пришли к мысли стать режиссером, как поняли, что это ваша дорога, что послужило импульсом?

— Куда мог пойти ребенок, если он с детства в театре? С самого раннего возраста я сидела на всех репетициях отца, народного артиста России, главного режиссера Мурманского театра Северного флота Юзефа Васильевича Фекета. На моих глазах рождались все его спектакли. Сначала, когда была совсем маленькой, сидела и рисовала цветочки, человечков, домики. Потом, взрослея, я все больше интересовалась, что происходит вокруг, я стала слушать, о чем актеры говорят, стала спрашивать, интересоваться, задумываться. Потом начала размышлять, а как бы я решила ту или иную сцену. Все это было неосознанно, что называется, впитывалось с молоком матери…

— Кстати, о маме… Она где была в это время?

— Тут же. Она ведущая актриса театра.

— Так, все понятно. Процесс пошел, и вы постепенно начали влюбляться в театр.

- Да. Но было время, когда, получив профессию режиссера и поработав в театре, я в нем разочаровалась. Я поняла, что на этой профессии денег не заработать, а молодым так хочется всего и сразу, чтобы были определенный финансовый уровень и независимость. И я решила сменить профессию и поступила в один из московских вузов на специальность «менеджмент и реклама». И тут для меня настал момент истины, мне позвонили из оргкомитета одного театрального фестиваля, куда я отправляла видео моего спектакля. Это был мой первый спектакль.

— Какой?

— «Медея».

— Крутой же у вас замах. Первый спектакль — и сразу «Медея»!

— У меня всегда так, всегда большой масштаб. Я никогда не работала на маленьких сценах, никогда не ставила сказки. У меня все глобально. Все мои сцены огромны, 22—25-метровые. Так вот, мне позвонили из оргкомитета, сказали, что заинтересовались моей постановкой, и спросили, нет ли у меня какого-то нового спектакля, чтобы он еще нигде не шел. Я была поражена, что мой спектакль привлек внимание, потому что подавала заявку, мало надеясь на успех. Всегда ведь боишься переоценить себя, а тут мой спектакль в такой довольно солидной компании солидного фестиваля…

Я подумала, что это знак свыше. Значит, я что-то могу и мне нельзя уходить из профессии, нельзя останавливаться. К тому времени я уже закончила ГИТИС с красным дипломом как режиссер музыкального театра. Училась на курсе у заслуженного артиста России Розетты Яковлевны Немчинской. Она прекрасный педагог-режиссер музыкального театра.

3.jpg

Вообще я занимаюсь музыкой с шести лет. Закончила музыкальное училище как теоретик, могу разбирать партитуры. Это большая редкость среди режиссеров даже в музыкальном театре, и когда я ставила оперу «Аида» на международном фестивале с итальянским дирижером Клаудио Галлина, артисты были поражены, что я работаю по партитуре, а не по клавиру.

Так что с молоком матери я впитала любовь к театру, но и приложила много усилий для того, чтобы прийти к этой профессии. И я до сих пор учусь, езжу на мастер-классы, семинары, то есть делаю все, чтобы совершенствовать себя, держать руку на пульсе. Потому что, если только ты остановишься и скажешь, что всего добился, это конец. Если нет развития, то идет деградация.

— А какова концепция вашего видения театра? Каким он должен быть?

— Театр — это не зеркало, а увеличительное стекло, как говорил Станиславский, а что увеличивать — это наш выбор. Захотели  —увеличили эту проблему, захотели — ту. Я, например, не люблю Театр.doc. Не понимаю, для чего это нужно. Я принимаю его как акт искусства, но он мне не близок. Я считаю, что нужно не рассказывать людям со сцены об их бытовых проблемах, о которых они и так знают, а показывать другой мир, где они могут забыть о них и отключиться, хоть ненадолго. Это может быть и в драме, и в комедии, в опере, в каком угодно жанре. Не хочу, чтоб искусство было на уровне «бытовухи».

Я не призываю ставить только комедии, чтоб уводить зрителя от проблем, человек должен и смеяться, и плакать в театре, должен испытывать эмоции, это важно. Кого-то из героев жалко, а над кем-то они и посмеяться могут. Зритель приходит в театр за чувствами. Когда они в едином порыве встают и аплодируют, кричат «браво!», это дорогого стоит.

Люди должны в театре душевно очищаться и в этом я  неисправимый романтик. По окончании института я проходила стажировку в Большом театре у Дмитрия Чернякова на постановках опер «Евгений Онегин» и «Руслан и Людмила» и считаю его лучшим оперным режиссером на сегодняшний день. У него есть чему учиться, это человек энциклопедических знаний. У него получается найти тонкую грань между классикой и современностью. Поэтому он имеет такой большой успех в Европе.

Да, у него сложный характер. Он на репетициях иногда кидал стулья в артистов, но, видимо, они не были подготовлены к репетиции. У режиссера не может быть «легкого» характера. Он должен быть жестким — не будешь держать труппу в руках, все развалится. При этом нужно быть человечным, порядочным, чувствовать актеров, находить к каждому свой подход и любить их. Как строгие родители: они и погладят, и пожалеют, и ремня могут дать, если заслужил.

Так вот, когда я обдумывала свое дальнейшее житье, размышляла, правильно ли выбрала профессию, раздался этот звонок. И тогда я окончательно решила, что все делаю верно, что я на своем месте. Звонок с предложением напомнил мне, что я должна именно этим заниматься дальше. Я забрала документы из вуза, куда поступила на пиар-менеджмент и рекламу, и приняла приглашение Хабаровского музыкального театра, которое получила одновременно с этим звонком. Меня позвали туда на должность сначала очередного, затем главного режиссера. Там я работала успешно три с половиной года. А после приняла предложение Иркутского музыкального театра и переехала сюда.

На сегодня я поставила уже два с половиной десятка спектаклей в разных городах России, от Камчатки до Ростова-на-Дону. Ставила и за рубежом, в Вене и Торонто, в том числе оперетты, мюзиклы, оперы, драмы и шоу — очень широкий спектр разных театральных жанров.

4.jpg

Мне нравится экспериментировать, что-то пробовать. Мне неинтересно повторяться или ставить так, как написано. Это скучно, поэтому я запрещаю актерам читать ремарки. Иногда артист с недоумением восклицает, что, мол, в тексте написано: в этом месте я встаю или ухожу, — а я ему говорю, что у нас здесь будет все по-другому. Поэтому иногда я берусь и за переписывание текста либретто и даже пьесы сочиняю. Вот «Анна и адмирал. История любви» — это моя пьеса, где у меня соединяются разные жанры. Когда я прочла переписку Колчака и Анны Тимиревой, меня потрясли их отношения, их роман в письмах, и у меня родилась эта пьеса.

— Когда я смотрела этот спектакль, было любопытно наблюдать, как открывается в ином для себя качестве, в пластике и танце, вокалистка Анна Рыбникова, исполнившая роль Тимиревой, а артист балета Юрий Щерботкин показал себя как драматический артист в роли Адмирала. Для актеров это очень большой и новый опыт, который обогащает, наполняет новым качеством, дает возможность актерам заиграть иными красками. Это здорово. Есть возможность учиться и вам, и им.

— В этом спектакле для каждого артиста была придумана своя история, они все действуют в нем как драматические актеры. Конечно, это спектакль-эксперимент, это новый жанр для нашего музыкального театра. Есть разные мнения о нем, но тем не менее зрители его любят, они на него ходят с большим желанием.

Нашей задачей было не политическое высказывание о главном герое, а рассказ о любви двух людей. Ведь многие даже не знают, живя здесь, или очень смутно представляют, что это за человек, а уж о его личной жизни вообще ничего не слышали. А ведь у Колчака с Иркутском много связано. Поэтому спектакль несет еще и просветительскую миссию. Я знаю, что после спектакля некоторые люди стали интересоваться и читать письма Колчака, дневники Тимиревой, и это важно, когда театр начинает будить зрительский интерес, вызывает на размышление.

— Потому что театр всегда интересен не только традицией, но и новизной, умением слышать время. Что-то наверняка у вас уже есть в планах, что будет для иркутских зрителей открытием?

— Мне очень хотелось бы поставить здесь оперу, у нас есть для этого силы. Есть в планах произведения, специально написанные для нашего театра, для нашей труппы. А если говорить о планах на ближайший сезон, то намечаем постановку Штрауса «Венские встречи». Это редчайшая оперетта, ее мало кто ставит, в Иркутске она никогда не шла.

— Ею будете открывать сезон?

- Нет. Открываться будем по традиции концертом. Потом будет премьера «Мэри Поппинс». Спектакль адресован для семейного просмотра, режиссер — Ирина Мякишева. В декабре будет премьера легкой музыкальной комедии «Брак по-французски» в моей постановке. И уже после Нового года классическая оперетта «Венские встречи», о которой я упомянула.

Помимо этого, мы везем спектакль «Анна и адмирал» в Москву на фестиваль «Ассоциация музыкальных театров». Для нас лестно, что мы приглашены. Фестиваль состоится 5 октября и будет проходить в «Музыкальном театре имени Наталии Сац». В конце прошлого сезона к нам приезжали московские критики, смотрели «Сильву», юбилейный концерт и спектакль «Анна и адмирал». Мы получили их достаточно высокие оценки, что было приятно. Они говорили, что театр активно развивается, что актеры имеют возможность творческого роста, что в театре появляется много нового, не типичного для прежнего Иркутского музыкального…

— В этом уже есть и ваша заслуга…

— Наверное. Хотя год — это совсем немного. Нужно лет пять, чтобы театр приобрел какое-то новое качество, смог как-то по-иному раскрыться. Один сезон — это очень мало. Кроме этого, меня попросили набрать курс актеров музыкального театра в училище. Так что теперь придется работать и как педагогу.

— А каковы ваши отношения с Иркутском?

— Я была в отпуске, приехала, спускаюсь по трапу, вдыхаю этот воздух и понимаю, что я вернулась домой. На душе радость и счастье… Я полюбила этот город, театр, в котором работаю. Очень хочу, чтобы Иркутский музыкальный процветал, развивался, рос, потому что труппа в нем замечательная и люди прекрасные. Здесь сильная команда талантливых, болеющих и живущих театром людей. Зрители здесь очень душевные, не во всех городах встретишь такой прием. Ради них хочется горы свернуть, ведь когда ты встречаешь теплый прием, такую отдачу, энергию и дыхание зала, ты понимаешь, что работаешь и тратишь силы не зря. Так что отношения у меня с Иркутском самые душевные…

Беседовала Лора Тирон, «Байкальские вести».


Все новости группы